История «Людей Х» в последние свои годы превратилась в некий квест по захвату всех кинематографических жанров. Особенно в той части, которая касается одного из топовых персонажей — Росомахи. Его выход на первый план в 2009 году — картина «Люди Икс: Начало. Росомаха» стала весьма провальной попыткой сделать из супергеройского кино суровый боевик. Затем последовала смена режиссера (на Джеймса Мэнголда) и с момента выхода фильма «Росомаха: Бессмертный» его история действительно начала приобретать драматический окрас (ибо у Мэнголда в этом навыков побольше, чем у предшественника Гэвина Худа). Следом вышли фантасмагорические, новаторские на тот момент для франшизы, «Дни минувшего будущего», потом ностальгический и стильный «Апокалипсис», и вот теперь после всех этих Х-метаний между прошлым, будущим, 70-ми, 80-ми, трагедиями и комедиями мрачный и почти философский «Логан» воспринимается почти как «Седьмая печать» Бергмана. Это утрированно, конечно, но даже целевая аудитория «Людей Х», кажется, не ожидала столь мрачного, жестокого и вместе с тем «человечного» фильма.
В чем главный успех «Логана», так это в том, что была грамотно выбрана сюжетная канва. Рассказ о трудном детстве Лоры Кинни, пускай и переиначенный командой сценаристов, временной промежуток (будущее и соответственно старость Логана), сведенное к минимуму количество мутантов в кадре и сцен, где они проявляют свои способности — все это делает фильм больше философской притчей о смысле жизни, счастье, преемственности и о том, как необратимы бывают некоторые поступки и решения. Даже совершенные во имя блага. Итак, Логан после трагических событий (которых в фильме касаются вскользь) пытается существовать в новом мире, где уже нет места мутантам. Он работает таксистом, много пьет, здоровье его подводит. Единственный благородный отблеск былого супергеройского величия заключается в том, что Росомаха вместе с Калибаном ухаживают за профессором Ксавьером, у которого, предположительно, развивается болезнь Альцгеймера. И в один прекрасный день эту симфонию безысходности и апатии нарушает маленькая немногословная девочка с адамантиевыми когтями — «ошибка» корпорации под руководством Зандера Райса. Лора должна была стать идеальным оружием X-23, но волею судеб и сердобольности низшего звена персонала лаборатории смогла бежать, как и другие дети-мутанты, созданные Райсом. На них объявлена охота, и Росомаха вынужден сделать довольно мучительный в его возрасте выбор.
«Логан: Росомаха» одновременно имеет черты и постапокалипсиса в духе «Безумного Макса», и вестерна, и роуд-муви. Здесь вы не увидите ярких трико, всего того фантастического визуального великолепия, которое было в тех же «Днях». Зато будет несколько оторванных голов и кровавых боев — в этом смысле фильм соответствует заявленным возрастным ограничениям. И, конечно же, диалоги, в которых режиссер Джеймс Мэнголд раскрывает трагедию персонажей. Причем эти трагедии отнюдь не супергеройские, а вполне человеческие, можно сказать, бытовые. О том, во имя чего была потрачена жизнь, стоило ли оно всего этого, о том, как важны семья и привязанности. Поэтому «Логан» так и тронул зрителя — здесь никто с пафосом не спасает вселенную от опасности, не замарав при этом костюма и не испортив прическу. И Росомаха здесь не дерзкий и циничный герой, а отчаявшийся немолодой обычный мужчина, который в иной ситуации максимум что может сделать, так это пинать машину от осознания собственного бессилия. И такая «смена декораций» даже ошеломляет. Более-менее привычный вид Росомаха приобретает к концу фильма, но все равно это далеко от «эпичного возвращения супергероя».
Своей драматичностью и «сложностью» финал истории, конечно, обязан Мэнголду. Человек, который в свое время представил совершенно удивительную экранизацию «Прерванной жизни», здесь наконец-то проявил себя в полной мере как режиссер. Даже личная симпатия Джеймса Мэнголда к вестернам здесь пришлась к месту. И действительно, окончание саги о «Людях Х» может стать началом чего-то нового. Как вариант, уход от пафосных блокбастеров в пронзительные философские притчи, заставляющие зрителя думать и сопереживать. Хотя это слишком претенциозное ожидание. 7/10
