Как же замечательно, что Theodor Bastard продолжили тематику северных преданий, шаманства и продолжили путешествие к «сумеречным краям болотных топей тайги и мшистой тундры», которое началось пять лет назад с предшествующего альбома. Но «Волчья ягода», которая созрела на «Ветвях», безусловно, обладает своим горько-сладким вкусом. Этот альбом чуть мрачнее, чуть приземленнее, и поэтому он сильнее резонирует со слушателем.
Ritual ambient/tribal начало Flute Song кидает мостик к призрачному незримому миру, который находится на той стороне. Он тесно связан с миром живых, по сути, он является отражением его, тем не менее духи и призраки живут здесь по своим правилам и обычаям. Поэтому «Шуми» уже рассказывает непосредственно о них, со всей страстью, которая может быть у tribal/ethereal/dark folk музыки. Skejgored вкрадчив и тише, но в нем раскрывается и еще одна сторона альбома — та, где можно прочувствовать что-то неуловимое с прошлых, ранних альбомов Theodor Bastard. Urzala обращается к древним и высшим силам, удачный пример самого дикого, нетронутого никакими актуальными жанровыми веяниями сочетания tribal/pagan/dark folk.
«Лес», который обрел визуальное воплощение в виде съемок дивной карельской природы, а по смыслу своему теперь служит предсказанием, точно акцентирует все «человеческое», все реальное, печально обыденное отдается эхом «…лес отпевает принцесс». Баллада «Камень, Снег, Металл» углубляется дальше в это камерно-мистическое настроение, чтобы затем незамедлительно выдать «Секреты» — один из сильнейших и запоминающихся треков здесь, несмотря на то, что он достаточно прост по своей структуре — это нивелирует текст. Requiem как тягучая обволакивающая тоска, утягивающая в вязкие топи горя и безысходности. Pozhato меняет настроение под dark trip hop динамику — достаточно необычно для проекта, но общей органичности релиза не мешает. Всем родной «Волчок», который здесь развивается в национальный фольклорный эпос, сменяет более пространный и загадочный «Оберег».
Скрытый трек Fjorn Gaden с его умиротворяющими пульсациями и обращением куда-то ввысь, делает и без того столь колоритный финал альбома мощным и возвышенным.
При всем калейдоскопе образов, тем, источников вдохновения, веточек, косточек, шорохов, снега, ветра, мест силы, древних манускриптов, национальных карельских инструментов и собственной самобытности «Волчья ягода» на редкость целостный альбом. Он поглощается слушателем на одном дыхании, разворачивается в единой смысловой локации и очаровывает с первых секунд звучания. 9/10
